В русской литературе XIX века наряду с известными образами «маленького человека», «лишнего человека», «героя-идеолога» и других заметное место занимает образ падшей женщины, что обусловливает актуальность исследования. Целью данной статьи является изучение трансформации образа падшей женщины в произведениях XIX века разных жанров в зависимости от литературной эпохи и идейных воззрений автора. Задачи состоят в выявлении художественной специфики образа падшей женщины в произведениях ведущих писателей-классиков и рассмотрении их функциональной нагрузки. Объектом исследования стали повесть Н. В. Гоголя «Невский проспект», стихотворения Н. А. Некрасова «Когда из мрака заблужденья…», «Еду ли ночью по улице темной…», романы «Что делать?» Н. Г. Чернышевского, «Преступление и наказание» Ф. М. Достоевского, «Воскресение» Л. Н. Толстого, повесть В. М. Гаршина «Надежда Николаевна», рассказ А. П. Чехова «Припадок». Для реализации цели и задач используются сравнительно-исторический и типологический методы исследования. Определяется, что в «Невском проспекте» Н. В. Гоголя проблема падшей женщины соотносится с актуальным для писателя вопросом о частой несовместимости этического и эстетического в человеческом мире, кроме того показан контраст идеала и действительности. В произведениях писателей-демократов с образом падшей женщины связана социальная проблематика, а она сама выступает жертвой несправедливого устройства общества. У Ф. М. Достоевского и Л. Н. Толстого эта линия продолжается, приобретая христианскогуманистический характер. В рассказах В. М. Гаршина тема проституции достигает наибольшей степени обобщения и мыслится как мировое зло, а А. П. Чехов в отличие от своих предшественников лишает образ падшей женщины жертвенного ореола, снижает и прозаизирует его. 

Статья посвящена сопоставительному анализу архетипических образов Анимуса и Тени в романе А. В. Рубанова «Финист – ясный сокол» и трилогии Р. Ф. Куанг «Опиумная война» в контексте аналитической психологии К. Г. Юнга. Новизна исследования обусловлена недостаточной разработанностью сравнительного подхода к юнгианской интерпретации архетипов в современной русской и англоязычной китайской литературе. Цель работы – выявить особенности функционирования архетипов Анимуса и Тени в указанных произведениях и определить культурные различия в моделях взаимодействия женского сознания с мужским архетипическим началом. Теоретико-методологическую основу составляют концепции К. Г. Юнга и М.-Л. фон Франц, дополненные структурносемиотическим и культурологическим подходами. Материалом исследования послужили роман А. В. Рубанова, опирающийся на архетипы русской сказочной традиции, и англоязычная трилогия Р. Ф. Куанг – американской писательницы китайского происхождения, – в которой архетипическая система формируется на пересечении западных и восточных культурных кодов. Анализ показал, что у А. В. Рубанова архетипическая динамика ведет к внутренней гармонии и интеграции Тени, тогда как у Р. Ф. Куанг она завершается распадом личности и духовной катастрофой. Выявлено, что универсальные юнгианские структуры преломляются в зависимости от культурного контекста: в русской традиции они выражают путь преодоления хаоса и возрождения, в восточной – опыт исторической травмы и утраты целостности. Практическая значимость исследования заключается в возможности применения его результатов при изучении архетипических моделей в современной литературе и в развитии методики юнгианского литературоведческого анализа.

Актуальность исследования обусловлена растущим интересом к художественной концептосфере региональных литератур России как отражению национальной ментальности и культурных кодов. Творчество бурятского писателя Константина Григорьевича Карнышева, развивавшего традиции «деревенской прозы», остается недостаточно изученным в данном аспекте. Проблема заключается в необходимости выявления ключевых ценностных доминант, структурирующих его художественный мир. Цель статьи – проанализировать специфику воплощения концептов «родной дом» и «род» как центральных ценностных доминант в прозе К. Г. Карнышева. Для ее достижения решались следующие задачи: определить место данных концептов в системе базового концепта «семья», раскрыть их пространственную («дом») и временную («род») семантику, а также проследить их эволюцию в произведениях разных лет. В основу исследования положены методы культурно-концептологического, проблемнотематического и историко-литературного анализа. Материалом послужили повести «Сугробы», «На Бакланьем», «Кедроля» и цикл рассказов «Отчее заселье». В результате установлено, что концепт «родной дом» не сводится к значению физического жилища, расширяясь до символа защиты и духовной связи с малой родиной и природой, а концепт «род» репрезентирует временную ось семейных отношений, актуализируя проблему исторической памяти и преемственности поколений. Показано, что в позднем творчестве писателя оба концепта маркируют утрату традиционных духовных связей, отражая общие для русской «деревенской прозы» трагические тенденции XX в. Пространственная («дом») и временная («род») семантические линии в их единстве и противоречии раскрывают эволюцию и своеобразие художественного осмысления семьи у К. Г. Карнышева. В заключении делается вывод, что концепты «родной дом» и «род» образуют пространственно-временной каркас ценностной системы писателя, а их трансформация от ранних к поздним произведениям демонстрирует ключевой конфликт между традиционными духовными ценностями и разрушительными тенденциями современности. Перспективы исследования видятся в дальнейшем изучении всей концептосферы К. Г. Карнышева в сопоставлении с другими представителями «деревенской прозы».

Статья посвящена анализу начального этапа научной фиксации якутского эпического искусства – олонхо в период со второй половины XIX до начала XX вв. Изучение их первоисточников, методов и принципов работы имеет не только историческое, но и методологическое значение, раскрывая процесс формирования научного подхода к документированию устной традиции. Первые шаги в этом направлении были предприняты в середине XIX века, когда представители академической науки и политические ссыльные, оказавшиеся в Якутии, начали процесс перевода устной традиции в письменный формат. Этот процесс был сопряжен с многочисленными трудностями, а его результативность зависела от применяемых собирателями принципов и методов записи. Точность и полнота фиксации исполняемого текста определяли будущую научную ценность эпоса олонхо. Целью исследования являются выявление и характеристика методов и принципов, которыми руководствовались первые собиратели фольклора при записи и публикации текстов олонхо, а также оценка их вклада в сохранение и изучение этого уникального культурного наследия. Задачи работы включают: определение роли первопроходцев в этой области (А. Ф. Миддендорфа, И. А. Худякова), изучение эволюции подходов к транскрипции и переводу эпических текстов у Э. К. Пекарского, С. В. Ястремского и В. Н. Васильева, а также анализ участия грамотных представителей якутского народа (К. Г. Оросин, А. П. Афанасьев) в процессе записи устной традиции. Особое внимание уделяется методическим принципам, которые стремились соблюдать исследователи: дословная запись со слов сказителя-олонхосута, сохранение диалектных и языковых особенностей, отказ от произвольных литературных правок. Практическое применение проведенного исследования заключается в том, что его результаты имеют фундаментальное значение для современной фольклористики, текстологии. Анализ ранних записей позволяет реконструировать аутентичные черты исполнительской традиции олонхосутов XIX века, понять эволюцию эпического канона и служит надежной источниковой базой для дальнейших изысканий.

Статья посвящена обзорному анализу старинного обычая похищения (умыкания) девушки, невесты – «ҡыҙ урлау» у гайнинских башкир, проживающих в Бардымском районе Пермского края. Автор, не вдаваясь в подробный и пространный анализ истории и этнографических своеобразий данного обычая у башкир, останавливается лишь на некоторых материалах, зафикисрованных во время комплексных экспедиций, осуществленных в этот край (2019 г.), а также для сравнения – в Оренбургскую область (2024 г.), а также материалы различных экспедиций в Саратовскую, Курганскую области с компактным проживанием башкир, которые были включены в Единый реестр объектов нематериального этнокультурного достояния народов Республики Башкортостан. Целью статьи является продемонстрировать сохранность старинного обычая похищения (умыкания) девушки – «ҡыҙ урлау» у гайнинских башкир до половины ХХ в.; для сравнения привести образцы свадебного фольклора башкир других областей РФ с компактным проживанием башкир. Методы исследования: аналитический, описательный, сравнителшьносопоставительный. В результате автором было установлено, что в советское время у гайнинцев похищение или умыкание невесты осуществлялось как по согласию девушки, так и насильственно, хотя и без драматических последствий в то время, как среди оренбургских башкир такие случаи наблюдались. Следовательно, среди гайнинских башкир, как и оренбургских, старинное традиционное похищение девушки – «ҡыҙ урлау» было обычным явлением и в середине ХХ века и хорошо сохранилось в памяти и традиционной культуре народа.

Статья посвящена исследованию гастрономического кода как системообразующего элемента поэтической картины мира в творчестве основоположника якутской письменной литературы А. Е. Кулаковского–Өксөкүлээх Өлөксөй. Актуальность исследования обусловлена необходимостью глубокого изучения национального своеобразия якутской литературы и механизмов воплощения этнокультурной идентичности через поэтический текст. Постановка проблемы связана с тем, что гастрономические образы в поэзии Кулаковского ранее рассматривались преимущественно как этнографический фон, а не как активный поэтический и структурный компонент. Цель работы – выявить жанровостилистические и образные функции гастрономического кода, его роль в создании художественной целостности, национального колорита и аксиологической системы произведений. Для ее достижения решались следующие задачи: анализ образности в контексте поэтики и стиля; определение связи гастрономического кода с жанровой спецификой; исследование его роли в формировании хронотопа и ценностных оппозиций; оценка значимости архаичной пищевой лексики как лингвокультурного архива. Методы исследования включают историко-литературный, структурно-поэтический, стилистический анализ и этнопоэтический подход в рамках теории художественного мира (Д. С. Лихачёв) и хронотопа (М. М. Бахтин). Результаты показали, что гастрономический код выступает у Кулаковского фундаментальным принципом организации художественного мира, выполняющим полифункциональную роль: от маркирования национальной идентичности и создания чувственной образности до формирования жанровых моделей (обряд, сатира) и сакральной коммуникации. В сатирических произведениях тот же код служит инструментом социальной критики и психологической характеристики. Перспективы исследования связаны с применением разработанного подхода к анализу других произведений национальных литератур, а также с дальнейшей лингвокультурной реконструкцией утрачиваемого пласта традиционной лексики для адекватного прочтения классических текстов.

Статья посвящена исследованию экспрессивного потенциала просторечной лексики и фразеологии в творчестве Владимира Высоцкого, чье поэтическое и песенное наследие занимает особое место в русской культуре XX века и характеризуется яркой индивидуальностью языковой личности. Цель работы – раскрыть и систематизировать многообразные художественные функции просторечных единиц в текстах его песен, выявив их роль в формировании авторского стиля и создании специфической эстетики. В статье применяются методы лингвостилистического анализа, функциональной семантики, а также элементы социолингвистического и контекстуального подходов. Проанализированы такие функции просторечия, как создание эффекта достоверности и реализма, усиление эмоциональной выразительности, характеризация персонажей, передача социальной типизации, а также формирование иронического, сатирического или трагического пафоса. Показано, что просторечие для В. Высоцкого служило не только средством стилизации, но и мощным инструментом выражения глубокой авторской позиции, способствуя созданию уникальной «речевой маски» и непосредственной коммуникации с слушателем. Результаты исследования углубляют понимание идиостиля В. Высоцкого, вносят вклад в теорию функциональной стилистики, лексикологии и лингвистического анализа художественного текста. Работа будет интересна филологам, культурологам, литературоведам, а также всем ценителям творчества великого барда.